ПРОВОЖАЛИ СОКОЛА…

Эту песню пели в селе Кугуты Ставропольского края, откуда недавно по казачьей традиции верхом на коне выехал Петр Горкавенко, чтобы послужить своему Отечеству. Корреспондент «Казачьего Терека побывала на проводах в армию 18-летнего казака Ставропольского городского казачьего общества СОКО ТКВ.

Выряжалы за ворота

Все чаще вспоминаются нам обряды прошлого. И сегодня все чаще играет казачий народ свои свадьбы, стараясь вспомнить те тонкости, которые соблюдали когда-то их предки. А вот одна из самых главных казачьих традиций – проводы казака в армию — вспоминается пока еще редко.

Очень подробно описывает проводы кубанский казак Иван Прийма. По его словам, за некоторое время до ухода на службу молодой казак освобождался от ежедневной работы по хозяйству и был занят подготовкой снаряжения. В него входит более полусотни различных предметов, необходимых для прохождения службы. При упоминании проводов нередко употреблялось выражение «Выряжать на службу» — то есть не только подготавливать «справу», но и провожать на службу казака – «Выряжалы за ворота козака».

Собранное снаряжение было довольно-таки объемным, поэтому в походных сундуках нередко заранее отправлялось на подводах к пункту сбора.

Помимо подготовки материальной, обязательным для новобранца был пост – подготовка духовная. Молодые казаки покупали в храме «охресты» (хоругвь), которые хранились в станичной церкви до их возвращения со службы. Священник причащал и окроплял молодых казаков. Уже во время молебна «примечали», какая судьба ждет казака: если конь стоит, опустив голову во время церковной службы – казак домой не вернется. После церковной службы атаман и почетные старики напутствовали новобранцев.

Платочки на черкеску

«Гулянка» проводилась вечером этого дня, либо на следующий. С собой гости приносили подарки: мыло, рубашку, бритву, продукты. В качестве подарка могли выступать деньги: «Натэ серебро, шоб було вам добро в армии. А тоди ще грощи мидни, шоб ваша армия нэ була бидной».

Молодые девушки и парни в доме казака пели, танцевали, играли, а затем все садились за стол. Уже за столом крестная мать перевязывала новобранца крест-накрест рушником. Девушки прикалывали булавками платочки и цветы к черкеске на груди казака, либо перевязывали ему руки (правую руку). При этом первый платочек (цветок) повязывала (прикалывала) невеста новобранца и дарила ему вышитый кисет для табака.

Замужние женщины также могли повязывать, но не платочки, а полотенца: На головной убор – папаху – прикалывали бумажный цветок или красную ленту. После угощения молодежь расходилась, а за столом оставались взрослые.

Благословение и приметы

Утром гости вновь сходились ко двору казака. Все садились за стол и завтракали. Выйдя из-за стола, выходили во двор, где родители благословляли сына на добрую службу. Мать держала в руках хлеб с солью, отец икону (во время благословения они трижды ими менялись). Молодой казак стоял перед ними на коленях на шубе, вывернутой мехом вверх: «шоб не голо служить ему было». Родители, благословляя сына на добрую службу, желали ему благополучного возвращения. Казак поднимался с колен, целовал икону, хлеб и руки родителей. Мать одевала сыну крестик (и даже вроде этот крест заговаривала от пули) или медальон (чаще всего с изображением Николая Угодника или Георгия Победоносца) и трижды говорила: «Господи благослови». Отец давал наказ: «Служить чесно, дабрасовесно, выполнять, вси приказы камандира… и свово, лошадь, свово друга верного, жалей, ухаживай — это тебе будет щасте»й.

В некоторых станицах, уже после благословения, казак возвращался в дом за умышленно оставленной вещью. Считалось, что это поспособствует его возвращению со службы. При этом выходил новобранец из дома спиной вперед — поочередно закрывая двери из комнат в «колидор», из «колидора» во двор. Дом новобранец должен был сам закрыть на замок, а ключ отдать родителям.

Со двора казак должен был выйти только через ворота.

У Провожательного дуба

Собирались на площади и направлялись к тому месту, которое исторически в станице было связано с проводами казаков на службу. Везде оно имело свое название, например, в станице Переяславской это была «Прощальная балка», а в станице Ставропольской «Провожательный дуб», а в станице Пашковской и вовсе «Ридна Могылка».

Уезжающие на службу и провожающие их выпивали по чарке «за каждое из трех желаемых событий: за благополучную дорогу, за успешную службу и за счастливое возвращение».

В качестве оберега могли использовать землю, которую казак должен был взять на границе станичного юрта, а затем засыпать ее себе за воротник: «родная земля сохранит тебя от погибели и приведет живым туда, откуда она взята». Другими оберегами считались гадючья кожа, зашитая в казачий пояс, различные молитвы, зашитые в одежду, папаху.

В Кугутах

Все так и было. Над селом, которое провожало казака Петра Горкавенко на службу, разнеслись прощальные песни, девушки прикололи к его черкеске памятные платочки, прозвучали тосты с пожеланиями достойной службы Отечеству. Получив благословение родителей, новобранец выехал верхом на коне со двора своего дома…

Друзья и родные проводили его до самых дверей военкомата в городе Светлограде, где уже стоя в оконном проеме, молодой казак танцевал казачью лезгинку.

Ирина Щербакова, с. Кугуты, Ставропольский край
2014 год

P.S. Петра Горкавенко направили служить во флот на Черное море, недавно он принял присягу в Севастополе – славном городе, где, возможно, именно сейчас пишется новая страница российской истории.