ВСЕГДА ВМЕСТЕ, А НЕ ПРОСТО РЯДОМ

В нашей серьезной газете «Казачий Терек» очень редко пишется о любви, ведь это общественно-политическое издание. Но я хочу хоть немного восполнить этот пробел, рассказав о замечательной супружеской паре: терском казаке, известном поэте Витиславе Васильевиче Ходареве и его жене Антонине Александровне, которые познакомились 51 год назад и с тех пор больше не расставались.

Запомнился холодец

Когда они были молоды, он называл ее Тосенька, Тосюрка, Тонечка. И сейчас, когда прошло уже более полувека совместной жизни, Витислав Васильевич продолжает так же ласково называть свою жену. И он очень хорошо помнит тот вечер, когда впервые увидел ее.

На пороге стоял 1962-й год. Витислав с друзьями пришел на танцы в колхозный дом культуры станицы Лысогорской. Играла музыка, кружились пары… У приглашенной им девушки были великолепные волнистые волосы и добрая улыбка. Они танцевали вальс «На сопках Манчжурии». Но тогда молодой Ходарев еще не знал, что именно эта зеленоглазая девчонка станет его спутницей на всю жизнь.

— Я пригласил всю компанию к себе домой, чтобы отметить Новый год, — вспоминает Ходарев. – Мы пришли, разбудили маму и стали праздновать.

Был накрыт скромный стол, но все было приготовлено хозяйкой с душой, а потому имело замечательный вкус. Антонине Александровне особенно запомнилось «холодное», то есть холодец, который подала гостям будущая свекровь.

Две свадьбы

Буквально через пару месяцев парень уже заговорил о свадьбе, и девушка ответила согласием.

— Мы совсем недолго встречались, — вспоминает она. – На новый год познакомились, а в марте Славик уже говорит: «Давай поженимся!».

В этот момент нашего разговора Витислав Васильевич не удержался:

— Это ей кажется, что мы недолго встречались, а мне кажется, что очень долго, — он хитро улыбается и добавляет: — Ведь идти к ней нужно было три километра, а потом еще назад столько же, поэтому мне кажется, что я очень долго ходил.

В то время играть свадьбу по казачьим традициям все еще было невозможно. Люди продолжали всячески скрывать свою принадлежность к казачеству, поэтому свадьба Тони Ефимовой и Витислава Ходарева была комсомольской. Но все-таки она была не совсем обычной.

— Было два жениха и две невесты, — рассказывает Антонина Александровна. – Одновременно с нами женился и старший брат Славика.

Невеста Тоня переживала, ведь будущая ее сноха — городская девушка, приехала в таких модных туфлях, в коротком платье… Ну как она будет выглядеть на ее фоне в скромном венке из белых цветов с традиционной фатой и, конечно, в длинном до пола платье? Но все-таки обе они были красавицы! И этот момент сохранила семейная фотография, на которой изображены обе пары и мать Витислава Васильевича.

Как здорово, что есть альбомы в казачьих семьях – именно они хранят наши воспоминания…

Из лысогорского гнезда

В квартире Ходаревых идеальный порядок – честь и хвала хозяйке! Накрывая стол к чаепитию, она волнуется, что гостю покажутся не достаточно красивыми ее чашечки и сахарница. Она смущенно извиняется по этому поводу. Но разве важна посуда, если хозяйка с улыбкой подает блюдце с тортом или любезно предлагает конфеты? Главная черта женщины-казачки – это гостеприимство, и я еще раз убедилась в том, что терчанки владеют этим приемом в совершенстве.

Мы продолжаем разговор, и я узнаю удивительные вещи. Оказывается, предки молодых переехали в Лысогорскую из станицы Подгорной и, возможно, даже знали друг друга.

— Как мне бабушка рассказывала, здесь все было в камышах, — вспоминает Антонина Александровна. — Река разливалась, и все затапливало. В то время Подкумок был многоводным. Несколько казачьих семей обосновались в верхней части, где было сухо. В общем, я — потомственная терская казачка по линии Евсюковых-Ефимовых. Практически все семьи у нас были многодетными, имели свою землю и занимались ее обработкой.

Корни жениха тоже идут в Подгорную.

— Это нас еще больше сроднило, — говорит Витислав Васильевич, показывая старинную фатографию в рамке. На ней изображены его дед с бабушкой и мама, где ей примерно лет шесть. Теперь этот снимок можно считать уникальным, время сделало его бесценным. – Так что мы — настоящие терские казаки, и даже воспитывались в одном гнезде, лысогорском, по казачьим законам. И сегодня мы каждый день вспоминаем своих предков. Бабушка у Тони была очень интересная женщина — трудяга, воспитавшая столько детей! Она по-настоящему веровала в Бога, она пешком ходила в Киево-Печерскую лавру и обо всем рассказывала внукам и детям. Через эти рассказы укреплялись наши отношения, и строилась крепкая семейная основа.

Священник, живший напротив, благословил молодых на счастливую совместную жизнь. И, несмотря на то, что отец Ходарева был партийным работником, а сам он секретарем комитета комсомола в колхозе «Советская Россия», в их доме всегда было место для иконы. И сегодня хозяйка показывает мне драгоценные святыни:

— Вот эта иконочка «с гроба Господня», приятельница мне дала. А этот крест из Иерусалима Славику митрополит Гедеон подарил. Это я ему такое вот обрамление сделала…

Сына заменила дочь

Более чем 50 лет вместе – это большой отрезок времени, но, по словам Ходарева, все прошло как один день.

— У нас одна судьба на двоих, и все эти годы мы были не просто рядом, а именно вместе. У нас постоянно случаются радостные моменты в жизни, но самый главный – это, конечно, рождение дочери…

Когда в молодой семье ждали ребенка, то будущий отец, как водится, мечтал о сыне. Антонина уехала в Лысогорскую, а сам Ходарев оставался в Красноводске, куда их забросила судьба в то время. Он работал в редакции одной из газет, и уже было сверстано его стихотворение в честь сына, но… Он вдруг получает телеграмму, что родилась девочка. Успокоенный коллегами, в волнении он уходит домой и пишет другое стихотворение, которое посвящает своей любимой жене Тосеньке, подарившей ему дочь:

Я сегодня день рождения славил,

Я ходил в волнении всю ночь,

Самым первым я тебя поздравил,

Самым первым я спешил помочь.

И как все смущенные мужчины,

Я взгрустнул, преодолевши ночь,

Я узнал, что день рождения сына,

Заменила крохотная дочь.

Все равно в пример хороших правил,

Я цветы от счастья теребил,

Самый первый я тебя поздравил

И еще сильнее полюбил.

Читая эти строки, Витислав Васильевич и сейчас не может сдержать слез — так же как много лет назад, когда он стал отцом.

— Но зато дочь угодила, — сообщает он. – Она родила нам внука Андрея. – И с гордостью добавляет: — И он взял фамилию Ходарев! А недавно родился и правнук — Вячеслав Ходарев!

…Возвращаясь в те прошлые дни, Антонина Александровна вспоминает, как муж встречал ее в аэропорту с новорожденным ребенком.

— Мы прилетели, и он сразу же захотел на нее посмотреть. Я говорю, мол, погоди, сейчас приедем домой… А он: «Нет, я сейчас хочу!». Нашел столик прямо в аэропорту, развернул одеяльце, посмотрел, и только тогда мы поехали домой. Дома опять положил сверток на стол, снова развернул, снова посмотрел…

Одинаковые глаза и улыбки

О тяжелых периодах жизни нелегко вспоминать, но я все-таки решилась спросить о том, какой момент в жизни они считают самым трудным.

— Это потеря наших родителей, и мы вместе это преодолевали, — говорит Ходарев, вздыхая и отводя взгляд в сторону, чтобы я не увидела снова предательски блеснувших слез. — Было очень тяжело терять наших матерей. Мы никогда их не бросали в одиночестве, они всегда были с нами, мы их кормили-поили, поддерживали, лечили, когда они болели. В общем, до последнего делали все, что требовалось.

Эти годы, что мы вместе, нам было так тепло и так хорошо, но так быстро все прошло, что мы и не заметили, будто всего один день проскочил. Мы всегда старались хранить уважение друг к другу, единство мышления, заинтресованность. Я никогда не скажу, что моя жена не давала мне работать или учиться, что она не давала мне простора в моих идеях и увлечениях. И, конечно, в том, что моя жизнь сложилась так благополучно, что я сумел что-то сделать, половина – это точно ее заслуга!

Она радовалась также, как и я, выходу каждой моей новой книги. И особо, когда в нашей семье первоначально уже стоял вопрос о возрождении казачества. Еще нигде я не выступал, еще не создавал организационного комитета, никому еще ничего не говорил, и только с ней мы это обсуждали, и она меня поддерживала в полном смысле слова. Она у меня самая лучшая, и самая добрая…

— Я посвятила свою жизнь своим мужчинам — мужу и внуку. Конечно, с дочкой сидела в декрете, но за внуком смотрела не только, когда он был маленьким. Я встречала и провожала его, когда он уже получал образование в высших учебных заведениях.

И это того стоило, внук достоин своего деда и не зря носит его фамилию. Андрей уже сумел выпустить книгу об участниках Великой Отечественной войны, в которую вошли найденные им в архивах очень ценные документы и фотографии.

Говорят, что когда люди долго живут вместе, они становятся похожими друг на друга. Наблюдая за четой Ходаревых, я бы не сказала, что они похожи внешне, но вот в поведении, поступках и желаниях очень много общего. Я сразу это заметила даже за тот короткий промежуток времени, пока мы все вместе пили чай. У них совершенно одинаково искрятся глаза и совершенно одинаковые теплые улыбки. А еще одинаковая гордость за детей, за стихи, за казачество…

Ирина Щербакова, Ставрополь
2013 год